Газета выходит с 2002 года

ИЗ БАУМАНКИ В СПОРТ И ЗАТЕМ… В НОВУЮ ЗЕЛАНДИЮ

Некоторое время назад я прочла интересное и достаточно большое интервью с Игорем Зеленицыным, которое он дал в российском  блоге «Пять углов» Вадима Кораблева. И сразу,  во-первых,  отметила несколько интересных моментов, а, во-вторых, сразу появилась идея. Поясняю свои «во-первых» и «во-вторых». Из ответов на вопросы в этом интервью (даю ссылку на интервью: https://m.sports.ru/tribuna/blogs/bluewhitenavy/2971344.html?fbclid=IwAR3Dhg-Q45EtApFQgHJDHLG2WCs4IfBoG4jgwe09_nvdGsX026EclgZCbw)  подумалось, что бывший главный редактор «Евроспорта» из  журналистской среды, а его подробные ответы (как, впрочем, и сами вопросы) все-таки были ориентированы на российских читателей. И потому услышать ответы на вопросы, больше интересующие новозеландских русскоговорящих читателей,  показалось мне интересным. А, кроме того, оказалось, что наш герой по своему основному образованию вовсе не журналист, а  настоящий технарь, как многие из нас. Да не просто технарь, а выпускник знаменитой Бауманки (Московский государственный технический университет им.Н.Э.Баумана). Ну, как же не поговорить с таким человеком?! К моей радости Игорь согласился ответить на вопросы редакции. Так и появилось это интервью с Игорем Зеленицыным (И.З). Задавала вопросы Римма Шкрабина (Р.Ш.)

ИЗ БАУМАНКИ В СПОРТ И ЗАТЕМ… В НОВУЮ ЗЕЛАНДИЮ

     Р.Ш.  В-первых, еще раз спасибо, Игорь, что согласились рассказать о себе на страницах нашей газеты. И начать нашу беседу, наверно, лучше всего со стандартного вопроса – расскажите немного о себе и вашей семье российского периода – в виде краткой справки. Ведь не все читали ваше интервью… 

И.З. Должен сказать, что стандартные вопросы меня всегда ставили в тупик, потому что свести свою жизнь и жизнь своей семьи к графам анкеты мне всегда было крайне тяжело. А то и невозможно. Ну, давайте попробуем. Я провел 11 лет в спортивной журналистике, был главным редактором сайта Eurosport.ru, комментировал футбол и читал новости спорта на телеканале Eurosport, а перед тем закончил МГТУ имени Баумана; Ксюша – выпускница Института Современного Искусства в Москве, мы с ней познакомились, когда она заглянула на телеканал Eurosport развить свои звукорежиссерские навыки, а потом она работала в театре и ивент-индустрии, режиссировала всякие праздники и события.

Такой, в общем, союз технаря-журналиста и музы-стихии. Однако прожив вместе 9 лет,  потом взяли и переехали в Новую Зеландию. Получается пока у нас все очень интересно. Что-то оказалось очень сложным в восприятии – после многомиллионной Москвы Окленд обернулся таким немножечко леголендом. И, тем не менее, я очень доволен тем, как у нас все складывается. Конечно, при этом я уверен, что все самое клевое еще только впереди.

Р.Ш.  Ну, а теперь переходим к вашим первым годам обустройства в Новой Зеландии. Когда и как это произошло, с чего начиналась здесь ваша жизнь.

И.З. Мы переехали в 2017 году с помощью компании Kiwi Education Дениса Власина – ребята помогли найти наиболее подходящую учебную программу для Ксюши, где бы она смогла развить свои навыки ведения бизнеса. Я родился и вырос в Москве, мне всю жизнь было интересно пожить где-то еще, и в какой-то момент мы как семья неизбежно до этого дозрели – мне вообще кажется, что удовлетворять свое любопытство чрезвычайно важно. Мы стали смотреть на англоязычные страны, в первую очередь из-за языка, которым мы оба худо-бедно владели, и пришли к Новой Зеландии с двух сторон. 

С одной стороны, мы вычеркивали из списка страны, сулившие разнообразные трудности: климатические с географическими (Ксюша очень хотела пожить там, где тепло и где есть море), биологические (из Новой Зеландии это смотрится по-другому, но из Москвы Австралия выглядит как заповедник пауков и змей, по которому люди передвигаются короткими перебежками, отстреливаясь от летающих крокодилов) и законодательные (въездной билет в Штаты для двух людей с гуманитарным опытом выглядел практически недостижимым). 

С другой, две кинотрилогии,  «Властелин колец» и «Хоббит», безусловная маркетинговая победа Новой Зеландии, привлекали и привлекают сюда людей со всего мира, и мы не стали исключением.

Р.Ш.  С чем необычным, удивительным, интересным, странным столкнулась семья москвичей, попав в самый крупный город Новой Зеландии?

И.З. Переезд из Москвы в Новую Зеландию – это огромная череда удивлений и неожиданностей. Еще недавно мы наслаждались непробиваемым московским трафиком и купались в пенящейся осенне-зимне-весенней слякоти, как вдруг оказались в институтском общежитии на другом краю света, за которым, общежитием, присматривал среднего возраста гей – собственно, первый гей, которого увидел 11-летний на тот момент Вова. Тут, конечно, по сюжету очень подойдет фраза «счастью Вовы не было предела», но, наверное, более уместным вместо нее будет многоточие.

Очень понравилось многообразие людей со всего мира. В Москве хоть я и  работал в европейской компании, но  очень хотел в этом людском многообразии, наконец, оказаться и пожить, потому что от черно-белой пропагандистской картинки официальных российских СМИ я прямо сильно устал. Никогда не забуду, как впервые зашел в Countdown и увидел банку терракотовой жижи, которая оказалась вкуснющей индийской едой – мне кажется, одной этой банки запросто хватит, чтобы легко завербовать кого угодно в ряды колбасной эмиграции.

Куча бытовых вещей, с которыми мы столкнулись впервые – например, что до магазина тебе идти 20 минут (и это еще, если повезет) против пары минут в Москве, при этом 20 же минут идти до пляжа; что на общественный транспорт полагаться нельзя; что у тебя есть газон, за которым ты обязан ухаживать и даже стричь какие-то там кусты; что в черте миллионного города у тебя запросто скачут кролики и коровки (я до этого видел кроликов в том же Париже, но это же французы, что с них взять). Мы как будто снова почувствовали себя восторженными детьми, которые только-только открывают для себя мир. Есть довольно сильное предубеждение, что после 30 это делать уже страшно, но оно оказалось полнейшей глупостью. Открывать мир очень весело и интересно в любом возрасте.

Р.Ш.  Как нашли работу и вы, и Ксения? Довольны? Ищете что-то более интересное? Я не зря об этом спрашиваю, поскольку вы в ответах Вадиму Кораблеву упомянули о Rocket Lab и мечте там поработать… Но мы-то знаем, что попасть туда невероятно трудно! Особенно иммигрантам. И особенно из России… Что скажете?

И.З. Нам работу найти помогли наши увлечения. Ксюша очень любит танцы, она чемпионка Новой Зеландии по кизомбе. И работу в какой-то момент нашла в танцевальной студии, в которой занималась. Она сражалась за вакансию в другой компании, у нее не очень клеилось, она вдруг расчувствовалась на одном из танцевальных занятий, рассказала случайному мужчине свою грустную историю, а случайный мужчина оказался директором танцевальной студии и внезапно ее нанял… 

Я очень люблю футбол и нашел работу через футбольную команду, с которой мы в какой-то момент отправились познавать британскую культуру пабов. Я человек ответственный, в культуру эту пабов решил погрузиться с головой, чтобы ничего вдруг не упустить. И когда погрузился уже достаточно глубоко для того, чтобы не стесняться своего английского, то стал узнавать у ребят, кто и где работает. Так я нашел место «поднимателя» стекла за минимальную оплату. В общем, погружение в культуру пабов явно оказалось делом полезным. 

Видимо, теперь нужно затащить в паб кого-то из Rocket Lab, чтобы все получилось. Честно говоря, я не очень переживаю из-за того, что эти ребята, по слухам, не особенно рады парням из России – во-первых, у меня по-прежнему остаются незакрытые цели в стеклопакетостроении, во-вторых, ничто не вечно под Луной, и политика Rocket Lab вполне может измениться. А если вдруг не изменится, то мы что-нибудь придумаем.

Р.Ш.  Немного о том, как складывается школьная жизнь вашего сына, Владимира. Я так понимаю, он сейчас в возрасте совсем не простом, а тут новое окружение, непривычная среда и даже возможен bullying – подростки-то бывают  злыми….

И.З. Я не очень люблю стереотипы, честно говоря. Подростки – это прекрасные люди, у них в изобилии есть самые драгоценные вещи во Вселенной – время и любопытство, они только-только начинают жить. Конечно, среди них попадаются и спорные персонажи, но это не зависит от национальности – эти спорные персонажи попадались нам и в русских школах, и здесь. Нашему сыну Владимиру здесь, правда, непросто – сказываются и языковой барьер, и тот факт, что мы каждый год меняли школу то из-за возраста, то из-за переездов. Сейчас все в этом плане немножко устаканилось, поэтому я надеюсь и верю, что у Вовы все сложится хорошо.

Р.Ш.  Добавлю немного оптимизма в вопросы. Хотя в нынешней ситуации с Ковидом это не так просто сделать. И все же – как вы видите здесь свое будущее? Или не видите? Какие планы у членов вашей семьи. Совпадают?

И.З. Конечно, совпадают – я мечтаю работать в Rocket Lab, Ксюша хочет научиться пилотировать самолет, так что мы мыслим в одном направлении. Думаю, в конечном счете мы сойдемся на том, что я запущу ее болтаться по орбите, и все останутся довольны.

Р.Ш.  А теперь не совсем обычный вопрос, хотя он и касается вашей прошлой жизни. Среди нас достаточно много любителей спорта, которые регулярно, следят за мировыми спортивными событиями по каналу Евроспорт. И вот от них поступило сразу несколько вопросов, которые касаются технической и редакционной политики канала. Первый вопрос: будет ли в обозримом будущем у русскоязычных любителей спорта, живущих в Новой Зеландии, возможность подписаться на Евроспорт-плейер? И второй: каким образом происходит выбор русскоязычных комментаторов на Евроспорте? 

И.З. Про Eurosport Player – я здесь оперирую лишь своим текущим пониманием вопроса, потому что не работаю на Eurosport уже 5 лет. Eurosport раньше позиционировал себя как панъевропейская медиа-компания, даже несмотря на некоторые попытки входа в азиатско-тихоокеанский регион. Сейчас Eurosport является частью Discovery, более глобального бренда, поэтому расширение границ покрытия исключать нельзя, но шансы на это откровенно невелики – рынок в Новой Зеландии довольно мал, при этом здесь уже присутствуют сильные местные игроки, а медиа-права на показ каждого большого события на новой территории, даже если этот показ идет в интернете, стоят денег.  

Выбор русскоязычных комментаторов происходит, как правило, при помощи сарафанного радио – люди, которые уже работают на канале, приводят друзей или знакомых из других медиа. Журналистская тусовка довольно небольшая, поэтому найти человека, который разбирается и котирует, скажем, конькобежный спорт и при этом может про него интересно рассказывать, не то чтобы невозможно. На моей памяти самые большие сложности возникли с крикетом, озвучивали который на канале выходцы из Индии с, соответственно, индийским акцентом, а диктор новостей поначалу не мог разобраться, где там вообще-то счет.

 Р.Ш.  Завершая нашу беседу, от имени редакции и наших читателей хочу поблагодарить вас, Игорь, за интересный рассказ. И если у вас есть, что добавить в заключение, пожалуйста.

И.З. Конечно, у меня есть, что добавить! Среди футбольных команд, за которые я имею счастье бегать, есть две русскоязычные – «Спартак» из смешанной лиги (это где футболят игроки обоих полов) и Bad Company (это уже чисто мужская история). Если вдруг вы всю жизнь мечтали играть в футбол, но боялись себе в этом признаться (это, наверное, скорее про девушек), или если вдруг у вас есть футбольный опыт (это про парней), но при этом мы по каким-то причинам не знакомы, найдите, пожалуйста, меня в социальных сетях и приходите играть!

 

Мы не коммерческая организация. Поддержи “Нашу Гавань” – 1$ и 1 минута времени. Спасибо.