Новая Зеландия стала 153-й в списке стран, посещенных путешественником Антоном Кротовым. Феномен контркультурного интернета с середины девяностых, он открывает для себя планету не самыми удобными способами – перемещается автостопом, ночует на «вписках». Его траектория удивительна, но рассказывает он о ней с видимым воодушевлением – в том числе на двух лекциях в оклендском культурном центре «Наш Дом».
Всклокоченные волосы, косматая борода, речь со скоростью тысяча слов в минуту – жизненная энергия бьет из путешественника Кротова с такой силой, что совершенно непонятно, как он успевает сам за собой. На столе за его спиной разложены стопки книг – Кротов написал их 68, но до Окленда довез, понятно, не все; на стене за ним висит карта мира с некоторыми из его маршрутов, прочерченными от руки, – красивая отпечатанная графика здесь не нужна, она отнимает драгоценное время жизни, в которой важно успеть как можно больше. Смысл сообщения (что рассказчик хочет донести) можно передать куда более незатейливым способом.
Затейливость – это вообще не про Антона Кротова. Одна из двух важнейших его книг непритязательно называется «Решение проблем по-простейшему» и рассказывает о том, как рационализировать свою жизнь, насколько это вообще возможно, подчинив ее одной главной цели. Под нож идет все. Поиск партнера? С привязанностями не торопитесь, привязанности ограничивают. Домашние животные? Ограничивают. Образование? Желание жить лучше? Ограничивают. Все бывает дешевле – пишет Кротов в своем учебнике прописными буквами и жирным шрифтом. Решение проблем по-простейшему – это когда каждая деталь на пути должна приносить пользу. В противном случае она вылетает из механизма.
Определись с тем, что ты хочешь в жизни, и начни это делать сейчас же. Построй план и следуй ему неукоснительно, имей постоянство намерений. Запасись терпением. Не бухай. Живи своей жизнью.
Всю его лекцию не оставляет ощущение, что из Кротова получился бы невероятной силы мотивационный спикер, но ему совершенно не идут стереотипы цивилизации XXI века. Он прилетел из параллельной вселенной, где не существует семизначной ипотеки, поездок в супермаркет по выходным и праздного отдыха на пляже с обязательным видом на Тонгариро. «Выбери жизнь, – говорит ему жизнь. – Выбери работу. Выбери карьеру. Выбери семью. Выбери, – настаивает жизнь, – телевизор с большим экраном». «Но зачем мне все это? – спрашивает Кротов в ответ. – Я не стал выбирать жизнь, я выбрал кое-что другое».
«Путешествия, – утверждает Кротов, – это метод продления человеческой жизни путем ее интенсификации». Способ интенсификации, предлагаемый путешественником, совершенно точно не универсален. «В Мали, – говорит Кротов, – снять дом стоит два доллара в сутки. Увольняйтесь с работы и поезжайте в Мали».
Поезжайте в Мали. Поезжайте в Афганистан, говорит Кротов. Поезжайте на Мадагаскар. Поезжайте, настаивает Кротов, в Намибию. Чем уже дороги, тем проще и лучше люди, – говорит, говорит, говорит Кротов со скоростью тысяча слов в минуту. Этот бешеный ритм поглощает слушателя, эти неожиданные сентенции и сюжетные повороты (Афганистан – одна из лучших стран в мире!) выталкивают из состояния покоя, заставляют задумываться и спорить.
Либо же задумываться и соглашаться.
Это, если успеваешь задуматься. Если нет, – бешеный ритм повествования обволакивает и утягивает за собой. Антон Кротов, который путешествует с середины девяностых и столько же об этом рассказывает, – всего лишь отчасти мотивационный спикер; образ куда полнее. Несмотря на его отчетливо выраженную аскетичность – а возможно, что и благодаря ей, – вокруг Кротова и идей о свободе перемещения по планете за тридцать лет сформировался вполне себе культ; сам Кротов не особенно, кажется, и против. По словам путешественника, в его московскую квартиру – самую посещаемую квартиру Москвы, как он с гордостью подчеркивает – каждый год заглядывают тысячи людей.
Антон Кротов притом не производит впечатления человека, которого эта идолопоклонническая суета каким-то образом заботит, – она всего лишь отвлекает его от главного.
Его как будто бы заносит на поворотах. «В четырех Евангелиях описано много чудес, — пишет Кротов в «Решении проблем», — но только одно чудо Иисуса описано во всех четырех книжках – это то, как он пятью хлебами пять тысяч человек накормил. <…>. Да и к нам, на Лесной трезвый сход, сотни людей приезжают, зная, что там будет всем дадена еда»; да, его как будто бы заносит на поворотах, но есть сильное подозрение, что Антон Кротов не замечает и этого. Он несется через ткань Вселенной, как комета – появляется ниоткуда, улетает в никуда, распространяет свет, никого ни к чему не обязывает, но не оставляет в равнодушных.
Люди не могут не иметь мнения о комете. Люди могут не иметь мнения о дубе, который рос на поляне до их рождения и будет расти после их смерти. Комета же пронеслась и улетела, взбудоражив фантазию и оставив после себя столько вопросов. Откуда она? Зачем она, с какой целью?
У кометы нет цели. Только путь.
Игорь Зеленицын, Окленд
